Завершился совместный проект Свердловского отделения Русского географического общества и Федерации спортивного туризма Свердловской области — лыжный поход шестой, наивысшей категории сложности по хребту Пай-Хой. Представляя Свердловскую область на чемпионате России по спортивному туризму, команда "Север" за три недели прошла на лыжах 600 км по Югорскому полуострову. Экспедиция стартовала до режима самоизоляции.
Пай-Хой — старый, сильно разрушенный горный кряж в центре Югорского полуострова, протяжённостью около 200 км от северной части Полярного Урала к проливу Югорский Шар. Часть кряжа находится на острове Вайгач, разделяющем Баренцево море и Карское море.
О сложностях автономного лыжного похода по тундре рассказала заведующая кафедрой физического воспитания, доцент кафедры теории и методики обучения истории Уральского государственного педагогического университета, капитан команды "Север" Ирина Бахтина.
На маршруте. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
Путь под ледяным дождём
В команде, кроме меня, было шесть человек. Все с хорошей квалификацией. Старше всех в команде были врач, Владимир Валерьевич Корелин — ему 60, и я — мне 56. Возраст остальных — от 27 до 40, а самым молодым среди нас был девятнадцатилетний Дмитрий Мариевский, студент-заочник 3 курса факультета естествознания, физической культуры и туризма Уральского государственного педагогического университета, член РГО.
Путь занял три дня: поездом до Кирова, оттуда — до Воркуты, где Арктический спасательный центр забросил нас к месту начала похода — реке Коротаихе — на вездеходе. С этого момента начались три недели нашего путешествия по тундре. Обязательным условием было пройти 600 км за 20 дней.
Пурга. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
В день старались пройти по 35 км — нужен был запас времени на возможные задержки из-за погодных условий. Эта территория посещается туристами редко, в зимнее время — никогда. Так что наша команда совершила "первопрохождение" маршрута. На весь Югорский полуостров — всего три населённых пункта на сотни километров друг от друга.
Шли мы в невероятно сложных погодных условиях — за три недели было только три солнечных дня. Дважды приходилось пережидать пургу, иногда сила ветра достигала 25–30 метров в секунду, трижды попали под ледяной дождь. Полное отсутствие видимости очень затрудняло навигацию. Ледяные дожди в этом году начались рано. Хорошо, что с собой были плащи, надев которые поверх снаряжения, мы смогли продолжать путь. Однажды не успели перейти из одной поймы в другую, пришлось ночевать на хребте. Пока ставили шатёр, ветер усилился так, что я стала опасаться повреждения палатки, пришлось закрыть отверстие для печной трубы.
Солнце тундры. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
Кто такой завснар
Как были распределены роли в группе? Я, как капитан, принимаю стратегические и большинство тактических решений. Штурман Олег Зязин, педагог ДПО станции юных натуралистов в Невьянске, член РГО, помогал мне планировать поход, занимался навигацией. В составе команды был врач Владимир Корелин, заведующий подстанцией скорой помощи в Екатеринбурге; а также ремонтник Николай Пластинин, инженер-программист СКБ "Контур". Инженер из Первоуральска Василий Сапожников отвечал за связь со спасателями, трекер и спутниковый телефон.
Безопасность во многом зависит от качества и состояния снаряжения, это зона ответственности заведующего снаряжением — завснара, как мы говорим. Перед походом завснар подбирает, распределяет, следит за состоянием всего, чем мы пользуемся — лыж, шатра, горелок для приготовления пищи, посуды и так далее. Завснаром был у нас Дмитрий Мариевский. Дима — уникум, умудрился к 19 годам пройти пять категорий сложности походов. Он сильный, тренированный парень, помогал мне тянуть волокушу. Нашим питанием заведовал завхоз Николай Лебедев, инструктор городского клуба туристов "Кедр" в Новоуральске.
Под флагом РГО. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
Распорядок жизни у нас был такой: дежурный, который варил завтрак, вставал в шесть, к семи будил команду, в это время уже было светло. Ненецкий округ живёт по московскому времени, а мы жили по нашему — уральскому. Нам нужно было выйти до девяти часов. По утрам мы обычно ели молочную сладкую кашу с большим количеством масла, в час или в два часа дня был перекус на открытом воздухе: мясо, сыр, сухофрукты, чай из термоса.
Шли в таком темпе: сорок минут идём, десять отдыхаем. На остановках фотографировали: фототехника была у всех, кроме меня. Один раз снимали тучу в форме крокодильей пасти, а в ней, как у Чуковского, было солнце. В ясную погоду — хотя она там бывает редко — закаты в тундре красивые.
Отдых и фотографирование. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
Видели куропаток, зайцев, песцов, лис. Как ни странно, попадались чёрные лисы — представить не могла, что там есть такие. Что меня удивляет — вороны летают, хотя, казалось бы, они должны жить возле населённых пунктов.
В шесть, начале седьмого часа вечера вставали на ночёвку. Темнело рано — в восемь по нашему времени. Строили снеговую стенку, ставили шатёр, варили ужин; и в 10 часов уже все спали. На ужин, как правило, были каша или макароны с копчёным или сухим мясом, или тушёнкой. Конечно, принимали витамины.
Обычная женщина
Я давно вожу мужские команды, в том числе в тундровые походы, и привыкла к этому. Люди приходят ко мне в команду добровольно, значит, признают мой авторитет, а мой пол их не смущает. Во мне видят лидера, но и не забывают, что я женщина, помогают мне — могут потаскать мою волокушу, например.
Ирина Бахтина на переднем плане. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
Я никогда не участвую в загрузке/разгрузке снаряжения. У меня нет стремления доказать, какая я крутая. Нет, я не крутая. Я обычная женщина — умная, правда (улыбается).
Причины конфликтов
Нам нужно было понять, насколько приемлем этот район для лыжных походов, насколько надёжна связь. А с точки зрения науки — меня давно интересуют вопросы медиации, в частности, проблемы конфликтов в спортивной команде. И у меня была возможность посмотреть на взаимоотношения в коллективе.
Одно из наблюдений, что группа должна быть разновозрастной и разнополой (должна быть хотя бы одна женщина). В таких группах конфликты легче нивелируются. Из опыта я знаю, что предконфликтные ситуации начинают возникать на четвёртый или пятый день похода.
Люди и звери. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
Состояние недовольства может возникнуть не только у новичка, но и у опытного спортсмена, например, если он не молод и чувствует, что "не тянет" нагрузку. Человека можно временно разгрузить. Иногда ситуацию помогает разрядить проявление внимания и сочувствия.
Северный покой
На психику спортсменов сильно давит отсутствие растительности. Когда спускаешься с плато в реку и видишь кусты — это такая радость! А когда вышли к Коротаихе и увидели большие кусты — о, это уже как лес! Есть люди, которые раз сходили в тундру и больше не хотят. А почему меня тянет в тундру — это не объяснить.
Как в одной песне поётся: "А мне надобно, хоть тресни, чтоб хоть раз в году, но в глаза взглянул северный покой". Не люблю этого слова, но я бы сказала, что это какой-то наркотик.
Тундра зовет. Фото предоставлено Ириной Бахтиной
В поход мы ходим за свой счёт. Благодарны за помощь компании "Огнеборец", которая помогла нам заменить бензиновые горелки, и экипировочному центру "Век", который помог снаряжением и техническим обслуживанием, а также сделал нам на анораках нашивки РГО.
За навигационное сопровождение, поддержку и своевременное штормовое предупреждение — спасибо Арктическому центру в Воркуте и Арктическому спасательному центру в Нарьян-Маре.
Материал подготовила Ксения Волянская