Карта путешествий Певцова. Фото: rusneb.ru
Именно с него начались многолетние исследования Азии Михаилом Певцовым, ставшим признанным специалистом своего времени по данному региону. 150 лет назад, 28 мая 1876 года, 600 верблюдов в сопровождении 120 погонщиков двинулись в путь.
Это путешествие не было задумано как исследовательская экспедиция. Из Зайсанского поста в китайский город Гучен отправлялся хлебный караван, а поскольку дорога предстояла неспокойная, ему выделили сопровождение для защиты от дунганских шаек, промышлявших в то время на российских границах. Задача была поручена сотне казаков, руководить ими отрядили капитана Генерального штаба Михаила Певцова. Ему «поручено было также собрать по возможности подробные сведения о стране, по которой должен был следовать караван, в особенности на пространстве между Булун-Тохоем и Гученом, где до того времени не случилось еще бывать никому из путешественников».
По мере того как караван продвигался вперед по Джунгарии, местность становилась все более засушливой, полупустыни постепенно сменял пустынный пейзаж. Маршрут строился от оазиса к оазису, где традиционно останавливались на ночлег погонщики верблюдов.
Михаил Васильевич Певцов. Фото: Научный архив РГО
«Чем далее подвигались мы по равнине Кобу к востоку, тем реже и реже встречались на пути источники и оазы, притом последние в восточной части равнины, по причине маловодья самих источников, далеко не имеют таких больших размеров, как в западной. Но все-таки и восточные оазы представляют весьма порядочные караванные станции».
Михаил Певцов «Путевые очерки Джунгарии»
На территории Китая, куда путники вышли, миновав Чиниктинскую равнину, их на время остановила разлившаяся река Урунгу. Десять дней каравану пришлось провести в Булун-Тохое, где Михаил Певцов получил возможность тщательно изучить горько-соленое озеро Бага-Нор. В процессе мучимые жаждой исследователи наткнулись на обширный солончак, который поначалу приняли за водоем — так убедительно он блестел на солнце. Но хотя напиться не удалось, Певцов со спутниками занялись раскопками, чтобы собрать образцы: обломки раковин и остатки рыб. На обратном пути они «с трудом держались на лошадях, покачиваясь из стороны в сторону, и едва-едва дотащились до города», но результатами дня остались довольны.
Настало время тронуться дальше. Если до сих пор караван шел по уже проторенному пути, теперь ему предстояло двигаться по неведомым землям долины Урунгу и дальше — на юг.
«Дальнейший наш путь от Булун-Тохоя до Гучена пролегал по совершенно неизвестной местности, о которой мы в Булун-Тохое не могли получить обстоятельных сведений и не нашли даже туда проводника. <…> Путешествие с таким огромным караваном было не совсем приятно: с раннего утра обыкновенно начинается вьючка верблюдов, сопровождаемая оглушительным их ревом, который непривычному тяжело переносить; затем медленно вытягиваются корабли пустыни по дороге, мерно покачиваясь на своих высоких, неуклюжих ногах, как на рессорах, и начинается утомительное шествие версты по 3, много по 3 ½ в час, притом с частыми остановками, продолжающимися от 10 до 20 минут, чтобы дать время подойти отсталым. По прибытии на ночлег снова поднимается верблюжий рев при развьючке, и так повторяется каждый день».
Михаил Певцов «Путевые очерки Джунгарии»
Наконец караван вполне благополучно добрался до Гучена. За время пребывания в городе Певцов в сопровождении топографа и нескольких казаков успел совершить экскурсию на Тянь-Шань, вскарабкавшись на высоту 3675 м. А в начале августа капитан со спутниками двинулись в обратный путь.
Лагерь экспедиции на южном склоне Тянь-Шаня, снимок Тибетской экспедиции М.В.Певцова 1889–1890 годов. Фото: Научный архив РГО
Спускаясь по Урунгу, Певцов чуть не расстался с жизнью — плот, на котором он шел с четырьмя казаками, затянуло мощное течение. Позже путешественник вспоминал, что их «понесло с такой силой, что не оставалось никакой возможности справиться с плотом, и он сделался игралищем бурной реки, стремившейся тут по крайней мере со скоростью 7 футов в секунду». С честью выдержав несколько ударов о прибрежные камни, скалу и дерево, нависающее над потоком, плот оказался на плоском каменном мысу, где люди смогли перевести дух, прежде чем двигаться дальше.
В Зайсан путешественники вернулись 10 сентября. Сопровождая караван, они ухитрились нанести на карту 900 км местности, местами прежде неведомой европейцам, а также определить географические координаты шести пунктов и высоту над уровнем моря 17 пунктов. Кроме того, Певцов привез с собой тщательно собранные данные и образцы, касавшиеся джунгарской флоры, фауны и геологии.
«Этим замечательным путешествием М. В. Певцова достигалось в значительной мере то, к чему так стремилось Географическое общество еще в прошедшем периоде, а именно — обстоятельное исследование озера Улюнгур, или Кызыл-Баша, а также юго-восточной оконечности Алтая и промежутка, отделяющего его от Тянь-Шаня, наконец, первое знакомство с наиболее прославленной туземными географическими источниками, из тяньшанских вершин, горой Богдо-Ола, не говоря уже об определении высоты снежной линии в виду снежной вершины Богдо-Ола».
Петр Семенов-Тян-Шанский о результатах Джунгарской экспедиции
Написанные капитаном Певцовым «Путевые очерки Джунгарии» вышли в первом издании «Записок» Западно-Сибирского отдела Русского географического общества в Омске в 1879 году. Географы и геодезисты того времени по достоинству оценили эту работу, а РГО наградило первопроходца Малой золотой медалью.