Участники комплексной экспедиции РГО и Северного флота на арктические архипелаги завершили исследования Новой Земли

Второй отряд комплексной экспедиции Русского географического общества и Северного флота на арктические архипелаги завершил исследования Новой Земли, пройдя на буксире МБ-12 по маршруту экспедиции Владимира Русанова. Путешественники обнаружили уникальные исторические артефакты, а также открыли новые острова и пролив. Подробнее о результатах экспедиции нам рассказали её участники: руководитель первого отряда экспедиции капитан 2 ранга Сергей Зинченко, капитан экспедиционного судна МБ-12 Владимир Рогожин, историк национального парка "Русская Арктика" Александр Хатанзейский, поисковик Сергей Катков и фотограф дикой природы Николай Гернет.

— Как вы оцениваете результаты экспедиции?

Сергей Зинченко: Результаты впечатляющие! Мы первыми прошли тем же путём, которым в 1910 году шёл Владимир Русанов со своими товарищами. Маршрут нашей экспедиции был грамотно продуман её научным руководителем полковником Сергеем Чуркиным. Мы нашли всё то, что хотели найти, и даже больше, в тех местах, которые были с точностью до десятков метров обозначены Сергеем Чуркиным перед отправкой МБ-12.  

Владимир Рогожин: Всего мы прошли почти 1500 миль, сделав за это время 36 высадок в районах поиска. 

— Какие находки удалось сделать? 

Александр Хатанзейский: На восточном острове Баренца мы обнаружили продовольственное депо, которое было заложено в 1872 году, когда к берегам Новой Земли прибыла австро-венгерская экспедиция Пайера и Вейпрехта. О том, что депо было заложено, Пайер упомянул в своей книге "725 дней в Арктике". В записи от 14 августа 1872 года он отметил, что в ущелье на восточном острове Баренца, расположенном около западного поборежья острова Северный архипелага Новая Земля, спрятаны бочки с ржаным хлебом и ящики с колбасой. Всё это для маскировки засыпано камнями, горной породой. Как вы понимаете, за 150 лет продовольственные запасы практически не сохранились, они превратились в клейкую массу, напоминающую глину. Сами ящики и бочки сильно деформированы — они были раздавлены горной породой, которой их засыпали. Мы аккуратно изучили депо, точно зарисовали, как всё лежало внутри, реконструировали первоначальную закладку — как она выглядела.

Ещё одна находка — германская автоматическая метеостанция периода Второй мировой войны. Её мы обнаружили в заливе Иностранцева на мысе Пинегина западного побережья Северного острова архипелага. Автоматическая метеостанция — это самописец, который сотрудники германской военной метеослужбы, прибывшие на подводной лодке, выгрузили в августе 1943 года на берег и установили на морской террасе. И в дальнейшем этот прибор, работающий от аккумуляторной батареи, собирал метеоданные и посредством радиосвязи передавал на нацистские базы в Норвегии. Люди там не работали. Мы изучили самописцы, зафиксировали факт того, что и в этом районе Новой Земле была установлена германская метостанция. Это важный момент для изучения истории данного региона.

Сергей Зинченко: В заливе Власьева мы обнаружили два деревянных креста из числа тех, которыми сухопутная группа под руководством Георгия Седова отмечала астрономические пункты по маршруту своего продвижения по острову. Обычно такие кресты ставили в груде камней. Мы ожидали найти только один из них. Члены нашей группы детально изучили все имеющиеся данные об экспедиции Русанова, и это знание позволило нам понять, что первый из найденных нами крестов — не тот, который мы искали изначально, и что нужно продолжать поиски второго креста. Первый крест настолько покосился, что казалось, ещё чуть-чуть и порывы ветра разнесли бы его в клочья. Тогда мы бы его уже не нашли. А второй крест лежал на земле в 20 метрах от первого. Нам очень повезло, что его не отнесло ветром в море и он не разбился о скалы. Благодаря тому, что крест лежал на земле, он неплохо сохранился. Нам даже удалось прочитать надпись на кресте.

На мысе Ломоносова нами была найдена промысловая изба советского периода. Вокруг неё обнаружены предметы быта, гильзы, кости животных. Становище на острове Пахтусова также принесло новые находки: обнаружены две избы, склад, баня и четыре захоронения. На берегу найдены два якоря, предметы быта и промысла.

Сергей Катков: И ещё одна из сенсационных находок — в заливе Тюлений пролива Маточкин Шар мы нашли зимовье первой российской официальной научной экспедиции на Новую Землю под руководством Фёдора Розмыслова. Перед экспедицией ставились задачи: поиск полезных ископаемых, выяснение, какие животные водятся на Новой Земле, поиск "хрусталя и других странностей". То есть это была комплексная экспедиция. При осмотре места их зимовья был найден хорошо сохранившийся медный нательный крест XVIII века с надписями, а также свинцовая пуля от мушкета. Эти артефакты были взяты для последующей экспертизы. Всё это находки общероссийского, может быть, даже мирового уровня.

— Что будет с найденными артефактами в дальнейшем?

Сергей Зинченко: Теперь для нас главное — довезти артефакты до Большой земли. В дальнейшем кресты, а также различные элементы промысла будут отреставрированы и представлены на выставках. Множество людей увидит их вживую. Артефакты не канут в Лету, оставшись на Новой Земле. Этот суровый край очень жестоко обращается с деревом и другими материалами, уничтожает их. 

— Смогли ли вы попасть на новый остров, открытый школьниками по спутниковым снимкам в районе архипелага Северная Земля? Были ли сделаны другие открытия островов? 

Сергей Зинченко: Да, мы подтвердили открытие ребят. Как и обещали, набрали школьникам камушков с открытого ими острова в заливе Вилькицкого.

Помимо этого, мы зафиксировали, что в результате отхода ледника мыс Упор отделился от Новой Земли и стал отдельным островом. Ни остров, ни пролив не имеют названия на картах. При работе в заливе Пахтусова мы также промерили береговую черту и увидели, что теперь там появился отдельный остров. Теперь старые морские карты будут откорректированы. Этот гидрографический элемент — важная часть в работе нашей экспедиции. 

— Одной из задач экспедиции была установка памятных табличек. Всё ли получилось? 

Сергей Зинченко: В посёлке Северном на острове Южный архипелага Новая Земля состоялось замечательное мемориальное мероприятие по установке памятной доски Владимиру Русанову. Всё прошло на высшем уровне. Присутствовала и командование, и весь личный состав войсковой части. После на самой северной оконечности Новой Земли, на мысе Желания острова Северный, мы установили памятную доску к 175-летию РГО. 

Сергей Катков: Там же была установлена памятная доска защитникам Заполярья. Это самая северная точка, в которой был бой во время Великой Отечественной войны. Экипаж метеостанции, гражданские люди при подходе германской подводной лодки совершили её обстрел. Тем самым наши соотечественники отпугнули лодку, с которой планировалась высадка десанта на Новую Землю. 

Кроме того, экспедиция устновила памятную доску в Белушьей губе, в месте, где во время войны находилась база гидросамолётов. Доска увековечивает память экипажа гидросамолёта "Дорнье-Валь" Н-235, состоящего их красноярских полярных лётчиков, почётных полярников, под руководством капитана Александра Сурнина. В августе 1941 года экипаж гидросамолёта не вернулся с боевого задания.

Сергей Зинченко: Отмечу, что всё было официально. Нас встречали сотрудники национального парка "Русская Арктика", места для установки табличек были уже подготовлены. От нас требовалось лишь транспортировать памятные доски, установить их совместно с нацпарком и провести мероприятия.

— Смогли ли вы сделать интересные фотографии в ходе экспедиции? 

Николай Гернет: Новая Земля стала для нас своеобразной машиной времени. Ты смотришь на фотографии скал в отчёте экспедиции Русанова за 1910 год, подходишь к ним сегодняшним и видишь точно такие же пейзажи, можешь их полностью повторить на фото. Можно даже представить себя на месте Русанова, который стоял в этой же точке и любовался этими скалами. Всего мы посетили порядка десятка русановских мест. Смогли зафиксировать те же самые пейзажи, которые есть в его книге.

Русанов также описал в отчёте некоторые пункты экспедиционного маршрута. Например, птичий базар на зелёной скале. И действительно, мы заходим в залив, все скалы там чёрные, и вдруг из-за поворота появляется зелёная скала, точь в точь как в записях Русанова. 

Вообще, Новая Земля в разных частях очень отличается ландшафтами. Там, где я проводил исследования ранее, в районе мыса Желания, пейзажи довольно пустынные и однообразные. Но оказалось, что в западной части архипелага много колоритных скал в бухтах и заливах. 

Ещё с точки зрения фотографии очень интересны ледники и айсберги, которые от них откалываются. А во время одной из вечерних стоянок нам повезло увидеть сказочный закат во время бури. Над ледниками появилось много облаков в форме летающих тарелок, так называемых линзовидных облаков, характерных для Арктики. Мы всей командой сбежались посмотреть на эти "тарелки". Закат был очень яркого цвета — такой не увидишь на материке. Те, кто интересуется Арктикой, знают известного художника Борисова. Он первым открыл Арктику для мира в художественном смысле — в картинах. Так вот Борисов нас не обманывал, цвета действительно точно такие, как на его полотнах. И нам повезло оказаться внутри такой картины.

— Вашей работе не мешали белые медведи?

Сергей Катков: В тот момент, когда мы работали на мысе Пинегина, изучали германскую военную метеостанцию, проводили её фото- и видеофиксацию, услышали команду: "Внимание, медведь!" Мы увидели, как достаточно быстро и уверенно к нам приближается белый хищник. Но группа охраны с помощью сигнального пистолета его отпугнула, после этого была проведена эвакуация, оперативно сработал катер судна МБ-12. И без какой-либо опасности мы спокойно отступили. Интересно, что зверь уверенно шёл на нашу группу, даже несмотря на выстрел ракетницы. В какой-то момент расстояние между нами и хищником составляло менее 50 метров. Но медведь не помешал нам сделать работу. Отмечу, что видимость в Арктике небольшая — мы постоянно работали в тумане, так что понимали, что животные могут оказаться довольно близко.

— Сопутствовала ли экспедиции хорошая погода?

Владимир Рогожин: В принципе на всём пути погода нам благоволила. Случались, конечно, кратковременные шторма, но в целом экипаж работал слаженно и мы со всем справлялись. Всё шло по плану!